Сложная семейная ситуация и финансовые трудности
После смерти отца Василий Иванович оказался в крайне тяжелом положении, характеризующемся как «острог» – состояние крайней нужды и отчаяния. Его положение было хуже, чем при жизни отца, где хотя бы существовала возможность терпеть строгое положение. Он считал себя арестантом, то есть человеком, находящимся под строгим контролем, и опасался, что не сможет справиться с ситуацией, особенно учитывая, что его опекунней назначена бабушка. Его положение осложнялось вмешательством старцев, которые пытались наставить его, но их методы были чрезмерно строгими и вызывали у него отчаяние. Старец, употреблявший кровоочистительные капли, доводил его до грани безумия, а другой, не употреблявший лекарств, лишь усугублял его состояние. Василий Иванович испытывал сильное чувство безысходности, предвидя, что его капитал быстро иссякнет, и он будет пить ради удовольствия. Двое старцев, назначенные для наставления, лишь усугубляли его душевное состояние, заставляя его чувствовать себя несчастным человеком. Его положение осложнялось отсутствием возможности получить подряды, так как он был несовершеннолетним, и ему требовалось еще два года для достижения совершеннолетия. В городе о нем узнали, и приходили спрашивать о его положении, в частности, представители городской администрации, заинтересованные в картинах, выставленных в Санкт-Петербурге. Василий Иванович скрывался от преследования, опасаясь, что его могут привлечь к ответственности. Его проблемы усугублялись вмешательством других людей, таких как купец, хваставшийся знанием французского языка, и знакомый приказчик, который разоблачил его ложь о владении языком. Он также столкнулся с бедным французским переводчиком, который предложил перевести книгу «Нана» за пятнадцать рублей, что вызвало у него сочувствие к женщине. В итоге, перевод книги был выполнен, но бабушка сожгла его, опасаясь присяги, и, вероятно, покончила с собой. Василий Иванович был привлечен к мировому суду, где его, вместе с дядей, обвиняли в безобразиях, а его самого – в малодушии. Он не нашел себе адвоката, который бы ему понравился, и его положение становилось все более отчаянным. Его состояние усугублялось постоянными сомнениями и страхами, а также отсутствием сна и покоя. Он не мог спать, так как его мучили воспоминания и страхи, и он чувствовал себя несчастным человеком, оказавшимся в такой сложной ситуации. Его сестра, видя его страдания, просила его не делать глупостей, а бабушка, в конце концов, сожгла книгу «Нана» и все слова, и все обстоятельства, сгорели в печи. В четверг повестка к мировому! Бабушку за безобразие, меня, должно быть, за малодушие, а дядю, как он есть дикий, нескладный человек, за грубое обращение. Ищу адвоката. Был у одного, но не пондравился. «Чем, говорю, прикажете вас вознаградить, потому как всю нашу фамилию судить будут?»