Развалины Мемфиса и Вечные Предостережения
В разрушенном Мемфисе царит царственная печаль. Луна, тысячелетий наблюдатель, смотрит печально на город и его руины. Нил плывет, подобно реке Стикс, а стены проломленных храмов хранят следы работы кирки. Гость из Эллады, в тихий час, слышит шепот обломков громкого былого, приветствуя пришельца горьким словом. Гость, странник из земли, любимой небом и сыном племени, идущего к лучам, просит его поклясться Тоту или Фебу, внимать и обращать внимание на них. Гость рассказывает о былом величии города, о гордости и высоте, о том, что он был сердцем мира в веках. Однако, час настал, и город пал под бурей Рока, превратившись в прах. Гость описывает, что в чужой стране, колонны, подобно стеблям, будут расцветать с капителями, и путник будет удивлен их чудом света. Но и эти колонны, как и все другие, в конце концов, погнутся и падут в прах. После путников иной страны, увидев останки храмов среди пустыни, будут дивиться их величию. Возможно, в землях их восстанут дворцы царей и капища богов, но и они, как и этот скелет, простертый меж песков, будут похожи на него. Гость предупреждает, что город будет уступать граду, и не стоит гордиться, Пришелец. В мире все на время правы, но вечно прав тот, кто держит высь. Голос царственных развалин торжественен, но, словно Стикс, струится черный Нил. Диск луны прекрасен и печален, вершит свой вечный путь над сном могил. Это описание, написанное в 1913 году, представляет собой размышление о цикличности истории, о падении империй и величия, о бренности человеческих амбиций и о вечных предостережениях, которые можно извлечь из изучения руин прошлого. Оно передает ощущение глубокой печали и безысходности, но также и мудрость, полученную из опыта поколений. Гость, как наблюдатель, передает историю города, как будто он сам является частью этого процесса, свидетелем его взлета и падения. Он использует образ луны, как тысячелетнего глаза, чтобы подчеркнуть вечность времени и неизбежность перемен. Сравнение с рекой Стикс, символизирующей загробный мир, добавляет драматизма и подчеркивает трагичность судьбы Мемфиса. Предостережения, адресованные пришельцу, являются универсальными и актуальными для любого человека, сталкивающегося с вопросами истории, власти и человеческого существования. Текст подчеркивает, что даже самые могущественные империи и самые величественные сооружения в конечном итоге будут разрушены, и что важно помнить об этом, чтобы не повторять ошибок прошлого. Использование таких образов, как скелет, простертый меж песков, и черный Нил, создает атмосферу мрачности и безысходности, но также и подчеркивает важность мудрости и осторожности. В целом, это поэтическое размышление о цикличности истории, о бренности человеческого существования и о необходимости помнить о прошлом, чтобы не повторять его ошибок.