Размышления Главного Инженера Фомичева
Главный инженер Фомичев не зажигал настольную лампу. Все бумаги были убраны в ящик, и на зеленом сукне стола лежал один листок с цифрами выплавки меди. Заводом, массивным комплексом из трех металлургических цехов, большой обогатительной фабрики и рудных эстакад, был освещен вечерним светом. Дым от труб тянулся вдоль горизонта, сливаясь с лесом. Запах серы проникал в помещение. Фомичев внимательно вчитался в цифры на листе, осознав, что «плохо, очень плохо, и ближайшее будущее не сулит скорых перемен». Он выполнил основной план, но не справился с дополнительными обязательствами. Фомичев был рад возможности побыть наедине, чтобы привести в ясность мысли и понять причины неудач. Его лицо было спокойно, но напряженный блеск серых глаз и сведенные к переносью черные брови выдавали напряженную работу мысли. Он размышлял о начале своих проблем, когда три месяца назад перешел в этот кабинет, заняв место главного инженера. Он осознал, что для управления заводом ему необходимо приобрести новые качества. Заводской план был возрастающим, и они успешно выполняли его, получая ежемесячные телеграммы о сверхплановых поставках меди. Однако, два месяца назад Фомичев начал испытывать тревогу из-за будущего. В последний месяц, когда заболел директор, все заботы о заводе легли на него. Они должны были сообщить в Москву о провале обязательств, но Фомичев не поехал к больному директору. Он позвонил Немчинову, чтобы обсудить ситуацию. Фомичев сообщил Немчинову о провале плана, и тот выразил раздражение. Фомичев предложил покрыть долг, но Немчинов потребовал конкретной программы действий и улучшения технологий. Фомичев не смог четко ответить, и он решил приехать утром. Он вызвал директора, Георгия Георгиевича, и они вместе ознакомились с приказом по заводу. Фомичев испытывал странное состояние, не зная, какому отдать предпочтение. Он решил уйти на ночные смены, так как работа в лаборатории ухудшилась после назначения начальником лаборатории Марины Николаевны Жильцовой. Он пошел в большой дом заводоуправления, где горел свет в лаборатории. Жильцова работала в лаборатории, наклонив голову, и Фомичев решил ее вызвать. Он вышел из комнаты, закурил трубку и постоял, раздумывая. Он устал и решил вернуться на завод, чтобы спать. В большом доме заводоуправления было темно, только в лаборатории горел свет. Фомичев замедлил шаги, ослабил галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Он услышал далекую музыку – духовой оркестр играл вальс. Фомичев решил пойти на танцы в парк.