Письмо приятеля и реакция на него
Принял я от приятеля, постоянного читателя, письмо. В нем он выражает раздражение по поводу ситуации, в которой оказался его знакомый Эвон, связанной с конфликтом между австрийскими и советскими силами, а также с критикой в адрес Матайи. Эвон, по словам приятеля, был подвергнут критике в газетах, а его фельетоны занимали много места. Приятель призывает его прекратить подобные действия и рассмотреть другие дела. Он выражает недовольство Матайей, не вдаваясь в детали его действий. Приятель предлагает расследовать Матайю и передать его сведения. Он считает, что народ озорной и не стоит воспринимать его всерьез. Ответа приятеля на письмо было несколько: это был громкий смех, выражающий презрение. Матайя, надеясь на поддержку англо-французских сил, изображал себя комнатную собачку, лаяя на советских рабочих и мужиков издалека, выражая свое недовольство большевиками и их захватом Вены. Он сочинял страсти, что вызывало критику и требование разобрать его на части. Его барыня, представлявшая собой болонку, была в отчаянии, ее прижимали за хвост, и она не могла тявкать, опасаясь, что ее могут обвинить в том, что она мешает австрийским заказам. Барыня не давала ей ни шиша, и она была вынуждена сжиматься от страха. Англо-французская барыня не давала ей ни шиша, и она не виляла хвостом, если ей говорили «виляй». У матайиной барыни этих самых болонок было много, и она держала их в черном теле. Бедная болонка была в отчаянном положении, но ей все равно приходилось пытаться, чтобы она не тявкала, чтобы барыня не обиделась. Вдруг она завизжала и закричала, потому что кто-то прижал ей хвост. Ему сказали не тявкать, потому что он мешает австрийским заказам, и его нужно разобрать на части. В итоге, болонка сжалась от страха, и англо-французская барыня не дала ей ни шиша.