Описание Профессора Симонова в Париже
В юго-западном углу Парижа, в районе Пасси, рядом с Булонским лесом, проживал старый русский профессор Симонов. Его квартира, расположенная на чердаке шестиэтажного дома, представляла собой скромное, но уникальное пространство, напоминающее гроб Святогора. Окно, глубоко втянутое в железный козырьк, было единственным источником света. Профессор жил в простоте инока, обставляя свою квартиру минимальным набором мебели: раскладной кровать военного образца, деревянный стол, табуретки, умывальник с кувшином и ведром, а также старинный чемодан, увешанный ярлыками. Стены были оклеены отвратительными сине-желтыми обоями, вызывающими тошноту и головокружение. Профессор сам обеспечивал себя скудными, приготовленными на спиртовке, кушаньями и кипятил чай. Он ухаживал за редкими цветками на подоконнике, внимательно наблюдая за их цветением и перенося цветок пыльцу между ними. Его привычки и поведение вызывали удивление и недоумение у окружающих, особенно у парижан, привыкших к строгому распорядку дня и деловой активности. Профессор часто посещал угловую бистро мадам Бюссак, где пил вермут пополам с водой. Местные лавочники, сначала раздражавшиеся его рассеянностью, со временем привыкли к нему и благодушно поправляли, когда он совершал ошибки. Профессор был известен своей независимостью, легкостью и добротой, отличаясь от французов, считающих «ам сляв». Он часто прогуливался по улицам в любое время суток, что вызывало у парижан недоумение и возразничество. Французы считали, что гулять можно только по воскресеньям, а работающие люди должны находиться в своих лавках или бюро. Они не понимали, как профессор может заниматься размышлениями, прогуливаясь по улицам, и считали его «дураком». Профессор пытался объяснить свою деятельность, но французы не понимали его научных статей, его привычки обдумывать их на ходу и его нежелание сидеть в ателье, как инженеры и ученые. Они утверждали, что улица не для философов и ротозеев, а для пешеходов. Несмотря на это, профессор продолжал свои прогулки, чувствуя неловкость перед французами и считая себя «трутнем» среди трудолюбивых пчел. Он часто здоровался с прохожими, используя фразы «Мсье, да-ам!..» и «Alors!». Его необычное поведение и привычки вызывали удивление и недоумение у окружающих, но профессор оставался верен себе и своим странным увлечениям.