Крылов: Перевод и Оценка
В последние годы наблюдается растущий интерес к произведениям русского писателя и баснописеца Иваном Андреевичем Крылову среди англоязычной аудитории. Особое значение имеет издание «третьей редакции» его произведений в переводе Джона Рольстона, которое свидетельствует о начале интереса к русской литературе и национальному характеру, ранее рассматриваемым преимущественно с политической точки зрения. Крылов признается единственным оригинальным баснописецом, появившимся после Лафонтена, хотя и не достигнувшим той же изысканности французского баснописеца. Однако, он выделяется большей оригинальностью и глубиной, проникая в суть вещей благодаря своему наблюдательному здравому смыслу и флегматичному юмору, отражающему восточные черты славянской натуры. Крылов рассматривается как «русский по своей сути», его произведения отражают национальные особенности мышления, чувств и письма, и чтение его басен позволяет иностранцу лучше понять русский национальный характер, чем изучение многочисленных трудов, описывающих его. Русские дети, подобно французским, учатся Крылову наизусть, но в зрелом возрасте возвращаются к его произведениям, получая от них двойную пользу. Произведения Крылова стали частью общественной жизни, превратившись в поговорки, цитируемые даже неграмотным крестьянами, и приобрели огромную популярность, сравнимую с влиянием Библии и Шекспира в Англии. Перевод Джона Рольстона характеризуется точностью и сохранением оригинального колорита, а добавленные им басни не являются наименее ценными. Предпосадительная аннотация и исторические и литературные заметки к басням выполнены с любовью и вниманием к деталям. Несмотря на то, что перевод может не привести к полной «национализации» произведений Крылова в Англии, он способствует их признанию и оценке. Описывается внешний вид самого Крылова: массивный, тяжелый, с крупной головой, светлыми белыми волосами, большими щеками, широкой, но хорошо сформированной и серьезной губой, опущенными веками, с выражением лени и почти апатии, но с проявлением интеллекта и юмора. Он редко говорил, но внимательно слушал, с внутренним, невысказанным смехом, как будто оценивая и наблюдая за окружающим миром. Рассказывается о забавной истории, когда картина, свисавшая с стены, чуть не упала на голову Крылова, который, несмотря на опасность, спокойно рассчитал траекторию падения и оставил картину висеть на натянутой линии. В целом, успех произведений Крылова в Англии обусловлен их глубоким проникновением в национальный характер, их простотой, ясностью и мудростью, а также их способностью отражать жизненные ценности и моральные принципы. Литературная амбиция, как выразилось Тургенев, может стремиться лишь к этому слабому отражению величия эпической поэзии, которая велика именно своей безызвестностью. Перевод Рольстона не оставляет желать лучшего в плане точности и сохранения колорита, а добавленные басни являются ценным дополнением. В целом, произведения Крылова, благодаря их глубине и универсальности, продолжают находить отклик в сердцах читателей, и их влияние на русскую и мировую литературу остается значительным.